Материалы | Шпоры | Тесты | Книги | Софт |
 
 
Главная » ИСТОРИЯ » Средние века » Генрих IV
Шпоры по предметам
Астрономия
Биология
География
История
Математика
Рус. лит.
Укр. лит.
Для вчителів укр.м та л.
Физика
Химия

_

библиотеки





Генрих IV

ГЕНРИХ IV (Henri IV Bourbon; Генрих де Бурбон) (13 декабря 1553, По, Беарн - 14 мая 1610, Париж), французский король с 1589 (фактически с 1594), первый из династии Бурбонов; король Наварры с 1562 (Генрих Наваррский), сын Антуана Бурбона.

Во время Религиозных войн во Франции Генрих де Бурбон возглавлял войска гугенотов. Брак с принцессой Маргаритой, сестрой бездетного короля Генриха III Валуа открыл ему путь на французский престол. Но католики - большая часть населения Франции и, прежде всего, Париж отказывались признать власть короля-протестанта. "Париж стоит мессы", - решил Генрих IV и в 1593 перешел в католицизм. Год спустя он вступил в Париж и стал полноправным королем Франции. Новый король пытался примирить антагонизм между католиками и гугенотами. Нантским эдиктом 1598 гугенотам были предоставлены свобода вероисповедания, некоторые привилегии и права. Этот акт ознаменовал окончание гугенотских войн.

Правление Генриха IV способствовало укреплению абсолютизма. Он перестал созывать Генеральные штаты, ограничил права провинциальных собраний. Соответственно возросла роль бюрократического аппарата, чиновники добились права наследования и продажи своих должностей (при условии уплаты полетты). Губернаторы провинций лишились значительной части своих прерогатив и превратились преимущественно в командующих войсками. Гражданская власть на местах сосредоточивалась в руках генеральных наместников и интендантов провинций.

В экономической сфере Генрих IV проводил политику протекционизма, в 1599 ввел покровительственный таможенный тариф, поощрял развитие мануфактур, при нем проводились работы по улучшению дорог, строительству каналов. Для облегчения жизни сельского населения король отменил недоимки с крестьян за прошлые годы, снизил размер тальи. Потери бюджета Генрих IV компенсировал увеличением косвенных налогов (на соль, вино).

В 1604 французы начали колонизацию Канады. Во внешней политике Генрих IV выступал последовательным противником Габсбургов, вел подготовку к войне с ними, организовывал антигабсбургскую коалицию. Был убит католиком-фанатиком Равальяком. Позднее Генрих IV стал одним из самых известных и популярных среди французов королей, снискавшим посмертную славу идеального правителя.




ВАРФОЛОМЕЕВСКАЯ НОЧЬ, массовая резня гугенотов католиками в ночь с 24 на 25 августа 1572 года (день святого Варфоломея) в Париже, организованная Екатериной Медичи и Гизами, важнейшее событие Гугенотских войн во Франции.

Третья гугенотская война (1568-1570) завершилась Сен-Жерменским миром. По его условиям кальвинисты получили частичную свободу вероисповедания, под их управление передавался ряд крепостей, вождь гугенотов адмирал Колиньи был включен в королевский совет. Вскоре он стал одним из ближайших советников короля Карла IX Валуа. Для укрепления мира был устроен брак между принцессой Маргаритой Валуа и одним из вождей гугенотов Генрихом Наваррским.

Колиньи обладал широким политическим кругозором и имел далеко идущие планы. Он выдвигал на первый план национальные интересы Франции, предлагал поддержать кальвинистов Нидерландов в их борьбе за независимость против католической Испании (смотри Нидерландская революция). По мысли Колиньи война против Испании могла бы сплотить французское католическое и гугенотское дворянство под флагом единых национальных интересов. Такая позиция казалась кощунственной преданным сторонникам католицизма - королеве-матери Екатерине Медичи и ее советникам. Кроме того, они считали, что конфликт истощенной войнами Франции с могущественной Испанией обернется национальной катастрофой. Екатерина Медичи опасалась, что Колиньи удастся полностью подчинить своему влиянию молодого короля, мечтавшего о воинской славе.

На бракосочетание Генриха и Маргариты в столицу съехался цвет гугенотской аристократии, а также сотни средних и мелких дворян. Их приезд был неприязненно встречен парижанами, большинство из которых были преданными католиками. Теологи Сорбонны и католические священники в своих проповедях называли свадьбу принцев "противоестественной". Гугенотам приписывали ответственность за развязывание гражданских войн, видели в них слуг Антихриста, оскорблявших Бога, который за потворство ереси покарает Францию. В Париже ходили слухи о гугенотском заговоре и планах разорения католического города.

Свадьба состоялась 18 августа 1572 года. На фоне всеобщего обнищания пышные торжества усилили негодование горожан. 22 августа на адмирала Колиньи было совершено покушение. Следы преступления вели к герцогу Генриху Гизу, он был популярен среди парижан, видевших в нем защитника веры. По законам чести он должен был отомстить Колиньи за своего отца, убитого в 1563 году. Раненого адмирала посетили Карл IX и Екатерина Медичи. Но гугенотская знать не удовлетворилась соболезнованиями, потребовав от короля примерного наказания Гиза. Раздались призывы готовиться к новой войне. Некоторые дворяне начали покидать Париж.

В такой обстановке Екатерине Медичи удалось убедить короля в необходимости устранить наиболее опасных гугенотов, чтобы избежать новой гражданской войны. Парижский муниципалитет 23 августа получил приказ закрыть ворота и привести в готовность городскую милицию. В ночь на 24 августа был убит Колиньи, по звуку набата началась резня гугенотов, находящихся в Лувре и в других частях города. Только тем, кто поселился в предместье Сен-Жермен-де-Пре, удалось спастись, несмотря на то, что герцог де Гиз преследовал их несколько часов. Генриху Наваррскому и его кузену Генриху Конде король сохранил жизнь, потребовав взамен перехода в католичество.

Парижане увидели знак божественного одобрения в том, что 25 августа на одном из кладбищ зацвел сухой боярышник. Убивали не только приехавших дворян, но и местных жителей, подозреваемых в симпатиях к гугенотам, не щадя ни женщин, ни детей. Неделю в городе царило дикое насилие. Король пытался навести порядок, но солдаты и городская милиция смешивались с простонародьем, убивая даже тех, кого король брал под защиту. Первоначально правительство пыталось объяснить происходящее враждой Гизов и Колиньи, но 26 августа Карл IX официально заявил, что все произошло по его приказу. В письмах, разосланных в провинцию и за границу, утверждалось, что королю и парижанам удалось сорвать новый гугенотский заговор и покарать мятежников. Однако уничтожая гугенотов как военно-политическую силу, король не отменял религиозные свободы.

Убийства гугенотов произошли также в других городах. С 25 августа и приблизительно до 3 октября кальвинисты истреблялись в Лионе, Орлеане, Руане, Мо, Бордо. Только в Париже погибло около трех тысяч человек и не менее пяти тысяч - по всей Франции. Известия о Варфоломеевской ночи были с одобрением встречены в Риме и Мадриде, но вызвали озабоченность в Англии, Германии, Речи Посполитой и даже у царя Ивана Грозного.

Внутри страны кальвинистское дворянство и города оказали ожесточенное сопротивление. Варфоломеевская ночь вызвала продолжение Гугенотских войн, в ходе которых королевское правительство вынуждено было пойти на дальнейшие уступки протестантам. Однако гугеноты теперь в меньшей степени были склонны к компромиссу и стремились к созданию практически независимого государства на юге и юго-западе Франции. Произошло размежевание и в католическом лагере. Многочисленные публицисты-"монархомахи" осуждали абсолютистский принцип правления, выдвигали идею народного суверенитета. Среди католиков оформилось движение "политиков", которые были чужды религиозного фанатизма. Политики были недовольны убийством лучших людей королевства и засильем Гизов. Но и самые ревностные католики стремились избежать повторения Варфоломеевской ночи, страшась разрушительной силы народного бунта. Выражение "Варфоломеевская ночь" стало нарицательным для обозначения организованных массовых убийств.





П. Ю. Уваров




Известный французский писатель Морис Дрюон назвал один из своих исторических романов "Когда король губит Францию". События этой книги происходят в XIV в. и не имеют никакого отношения к Генриху IV. Мы вспомнили об этой книге только потому, что Генриха IV, напротив, можно назвать королём, спасшим Францию.

К тому времени, когда Генрих смог предъявить права на королевский престол, Франция, казалось, не существовала как сильное и единое государство. Юг и Север страны уже около 30 лет вели между собой кровавые междоусобные войны, а королевскую корону примеряли на свою голову представители непокорных феодальных родов. Испанский король Филипп II раздумывал о том, кого из своих ставленников он сможет посадить на французский трон. Уважение к королевской власти исчезло не только среди дворян, но и среди простого народа: в 1589 г. более 100 тыс. парижан вышли на улицы города с зажжёнными свечами. По сигналу они гасили свои свечи и громко выкрикивали: "Так да погасит Господь династию Валуа!" Парижане имели в виду ненавистного им Генриха III, последнего представителя династии Валуа, правившего с 1574 по 1589 г., но доставалось от них и будущему королю Генриху IV, происходившему из рода Бурбонов. После того как последний Валуа был заколот монахом-фанатиком, пробравшимся в королевский лагерь, по Парижу ходили листовки такого содержания:

Берегись, Бурбон! Да что там -
берегитесь все, кто держит в руке скипетр!..
Наконец-то открылись
священные тайны королевств;
мы поняли, что те короли, о которых сам Господь говорил как о богах, -
простые ничтожества.


В этих строках содержалось грозное пророчество: двадцатью годами позже, 14 мая 1610 г., кинжал монаха-иезуита Франсуа Равальяка нанёс смертельную рану Генриху IV Бурбону. Но за прошедшие 20 лет изменилось многое, и Генрих IV ушёл в мир иной не проклинаемый, но оплакиваемый народом. Люди видели в нём "доброго" короля - лучшего из всех королей, когда-либо правивших Францией. Народная любовь чаще всего слепа - она превозносит достоинства правителя и снисходительно прощает его недостатки; она видит его на вершине могущества, забывая о днях бедствий и лишений. Генрих IV не сразу стал "спасителем Франции" - долгое время он губил её вместе со своими врагами и соратниками. Путь, который привёл его к славе и народной любви, был усеян отступлениями и изменами, нередко его определяли коварство и холодный расчёт. Настоящий Генрих мало походил на "короля-рыцаря", любителя вина и почитателя прекрасных женщин, каким его изображают французские народные песенки. Судьба Генриха IV так тесно переплелась с исторической судьбой его родины, что их вряд ли можно отделить друг от друга. Наверное, это и является подлинной причиной любви к Генриху IV, не угасающей во Франции уже 400 лет.

Генрих Бурбон родился в 1553 г. Его родителями были Антуан де Бурбон и Жанна д'Альбрэ. Отец мальчика носил громкий титул короля Наваррского, который позднее перешёл к самому Генриху. Основная часть средневекового королевства Наварра в это время находилась под испанским контролем, а Бурбоны сохраняли власть лишь в небольшой части южнофранцузской области Беарн. Всё же титул Генриха ставил его на равную ногу с французскими королями, с которыми он к тому же состоял в родстве. Мальчик имел даже некоторые права на французский престол, но вряд ли кто-то мог предположить, что Генрих станет королём Франции. В 1559 г. после несчастного случая на турнире умирает король Генрих II Валуа. Трое из его четверых сыновей - Франциск II, Карл IX и Генрих III - будут править Францией на протяжении последующих 30 лет. Нашему герою с самого начала была суждена роль бедного родственника своих сверстников-принцев; небогатые наряды южан, их особый говор, сельские привычки вызывали насмешки парижской знати, перенявшей итальянские моды и обычаи (королева-вдова, Екатерина Медичи, происходившая из знатного флорентийского рода, привлекала ко французскому двору множество итальянцев).

Неприязнь к Парижу и двору должна была усиливаться у маленького Генриха и тем, что его отец Антуан де Бурбон был одним из руководителей движения дворян юга Франции за независимость от короля. Многие дворяне-южане были сторонниками реформы церкви (во Франции их называли "гугенотами"), а короли вместе с большинством населения Северной Франции сохраняли верность католичеству. В 1562 г., когда Генриху было девять лет, начались войны между гугенотами и католиками (так называемые религиозные войны). Подвести итог этому кровопролитию суждено было 45-летнему Генриху IV в 1598 г.

Юный принц рано возмужал. После гибели отца на войне он принял титул короля Наваррского и вместе с многоопытным и хитрым политиком адмиралом Гаспаром де Колиньи возглавил партию гугенотов. Горячая южная кровь, гасконское самолюбие, стремление восстановить древние вольности французского рыцарства - всё это делало Генриха опасным противником королевского двора. В то же время Генрих оказался достаточно умён, чтобы не разрывать отношений с Валуа окончательно и бесповоротно - он помнил о том, что корона Франции может стать и его короной.

Перемирие между католиками и гугенотами, заключённое в 1570 г., Екатерина Медичи и её сын Карл IX задумали скрепить женитьбой Генриха Наваррского на сестре короля Маргарите Валуа. По их замыслу, брак должен был привязать опасного южанина к королевскому двору и поставить его под надёжный контроль. Мы не знаем, как относился к этой женитьбе сам Генрих, достаточно было того, что она приносила выгоды его партии и укрепляла права Бурбонов на французский престол. Брак с Маргаритой в конце концов оказался неудачным; уже зрелым мужчиной Генрих IV расстаётся в 1599 г. со своей первой женой и вступает в брак с Марией Медичи.

Свадьба же с Маргаритой была отпразднована летом 1572 г. с невиданной роскошью. Менее чем через неделю после свадьбы в Париже произошли события, определившие судьбу Франции и в первый раз круто изменившие жизнь Генриха. В ночь с 23 на 24 августа (праздник Святого Варфоломея) католики с молчаливого одобрения королевского двора напали на съехавшихся на свадебные торжества гугенотов и убили многих из них. В числе прочих погиб и адмирал де Колиньи. Генрих спасся только благодаря тому, что жил в королевском дворце и спешно принял католическую веру. Поддержав эту кровавую бойню ("Варфоломеевскую ночь"), династия Валуа сама подписала себе смертный приговор. И католики, и гугеноты смотрели на последних Валуа как на королей-преступников, запятнавших себя кровью и бесчестьем, королей, лишившихся права на престол.

Судьба французской монархии повисла на волоске. Гугеноты поставили своей целью раскол Французского королевства. В феврале 1576 г. Генрих бежит из Лувра, где его держали как почётного заложника, и участвует в сражениях гугенотов с католическими армиями. Авторитет Генриха на Юге растёт, но раскол Франции на Север и Юг одновременно углубляет пропасть, отделяющую Генриха от королевской короны. В Париже усиливается влияние католического рода герцогов Гизов - кажется, что именно Гизы подхватят корону, выпадающую из рук Валуа.

В это время происходит второе событие, резко изменившее планы Генриха Наваррского и его судьбу. В 1584 г. умирает герцог Алансонский, младший из сыновей покойного короля Генриха II. Род Валуа пресекается на правившем в то время Генрихе III, поскольку мужского потомства ни у одного из последних французских королей не было. Генрих Наваррский оказывается ближайшим родственником короля и его наследником, дофином. Король отправляет к нему доверенного с предложением вновь перейти в католичество - тогда Генрих III готов объявить его наследником официально; король не прочь опереться на поддержку гугенотов против Гизов. Но, трезво всё взвесив, Генрих отказывается от предложения короля. Время сменить веру ещё не пришло, да и выигрыш, который предлагали ему из Парижа, был слишком мал. Холодный расчёт подсказывал гасконцу, что ему следует оставить короля с Гизами один на один, не вмешиваясь в их борьбу. Цена, которую Генрих Наваррский заплатил за отказ, тоже была довольно велика: в сентябре 1585 г. Папа Сикст V специальным указом лишил его прав на французский престол. Между католиками и гугенотами вновь вспыхнула война.

Противоречия между двумя партиями обострились до предела, и виной тому во многом был Генрих Наваррский. Католики видели в его правах на престол всё бо'льшую угрозу своему лозунгу: "Один король, один закон и одна вера". Гугеноты же, которые ещё недавно намеревались расколоть Французское королевство на части, теперь выступают за государственное единство и за признание Генриха наследником короны. Ожесточение всех трёх борющихся сторон - короля, Гизов и гугенотов - достигает крайности. В конце 1588 г. король приказывает убить двоих братьев Гизов, а в августе 1589 г. гибнет и сам Генрих III.

До желанной короны оставался всего один шаг, но сделать его было нелегко: Париж не открывал ворот перед Генрихом. Значение Парижа во время гражданских войн очень выросло, и Генрих не хотел омрачать своё будущее царствование ещё одним кровопролитием.

Расчётливый ум Генриха вновь подсказывал, что следует выжидать, пока его противники не ослабят друг друга междоусобной борьбой. Так и случилось: в Париже начались столкновения между фанатичными католиками и последним из Гизов, оставшимся в живых, герцогом Майеннским. Герцог казнил верхушку недовольных парижан, а остальные жители города склонились на сторону Генриха - только в нём они видели надёжную защиту от испанского вмешательства в пользу Гиза. 25 июля 1593 г. Генрих перешёл в католичество (последний раз в своей жизни), а в следующем году беспрепятственно вступил в Париж и короновался.

Какие же уроки извлёк 40-летний король из своего долгого и трудного пути к трону? Первое - Генрих понял, что ни одна из сторон не может победить в войне и настало время искать при-мирения. Фигура Генриха на троне теперь была одинаково приемлема и для гугенотов, и для католиков; оставалось составить мирный договор, который одинаково устроил бы обе части нации. Генрих подготовил такой договор к 1598 г.; по городу Нант, где он был обнародован, документ стали называть Нантским эдиктом. Этот эдикт сохранял господствующие позиции католицизма во Франции, но предоставлял гугенотам обширные права церковного и светского самоуправления. Мирный договор остановил разорение страны и бегство французов-гугенотов в Англию и Нидерланды. Нантский эдикт был составлен очень хитро: при изменении соотношения сил католиков и гугенотов он мог быть пересмотрен (чем позднее и воспользовался Ришелье).

Второй урок гражданских войн заключался в том, что нельзя было строить сильное французское государство, опираясь только на дворянство. Генрих IV принял к сведению и это. Он поддерживает крупных чиновников, профессионалов-бюрократов - судей, адвокатов, финансистов. Генрих IV разрешает этим людям покупать себе должности и передавать их по наследству сыновьям. В руках короля оказывается мощный аппарат власти, позволяющий править без оглядки на капризы и прихоти дворян. Генрих привлекает к себе не только чиновников, но и крупных торговцев - он всячески поощряет развитие крупного производства и торговли во Франции, основывает французские колонии в заморских землях. Генрих IV первым из французских королей начинает руководствоваться в своей политике национальными интересами Франции, а не одними лишь сословными интересами французского дворянства.

Наконец, Генрих понял, что Франции предстоит длительная полоса войн с испанскими и немецкими Габсбургами, и успешно готовился к этому противоборству. Генрих позаботился о значительном снижении тальи (прямого налога) с крестьян, почти полностью разорённых и обнищавших за годы религиозных войн. Крестьянство было основой экономической и военной силы Французского королевства - нищие крестьяне не могли содержать сильную армию.

Военная мощь возрождающейся Франции была подтверждена уже первой войной Генриха IV с Ис-панией (1595-1598 гг.). Преемники же Генриха IV на французском престоле создали грозную армию, которая на протяжении 200 лет (до наполеоновских войн) была лучшей армией Европы.

Та выдающаяся роль, которую Генрих IV сыграл в истории Франции и Европы, определяется не-сколькими обстоятельствами. Во-первых, Генрих смог выйти живым из религиозных войн, в которых сложили головы все его противники. Он добился этого своим умом, изворотливостью и хитростью, способностью резко менять политический курс. К тому же Генрих был попросту удачлив, что сильно возвышало его в глазах французов. Во-вторых, свой опыт ловкого политика Генрих IV, взойдя на престол, смог поставить на службу державе, которую он разрушал большую часть своей жизни. Первый из Бурбонов нашёл новую, прочную основу королевской власти - интересы нации.

А.Чернышов, И.Алешина




ВАРФОЛОМЕЕВСКАЯ НОЧЬ Уже 10 лет продолжалась во Франции непрекращающаяся война между католиками и протестантами (гугенотами). С тех пор как герцог Франсуа де Гиз со своей вооружённой свитой напал на молящихся гугенотов в 1562 г., здравый смысл уступил место религиозной вражде. В ходе борьбы погибли лидеры враждующих партий Франсуа Гиз и Антуан Бурбон. Их место заняли сыновья - Генрих Гиз и Генрих Наваррский. Королевская власть тоже оказалась втянутой в религиозную распрю. Ориентируясь на более сильных, лавируя между враждебными группировками, она старалась укрепить своё положение. Королева-мать Екатерина Медичи, которая фактически управляла страной, пыталась извлечь выгоду для своей семьи из этого конфликта.

В 1570 г. был заключён мир между католиками и гугенотами. Надеясь положить конец сотрясающей страну войне и приобрести союзников, королевский двор в 1572 г. посчитал за благо заключить брачный союз между Генрихом Наваррским и сестрой короля Карла IX Маргаритой Валуа. Лучшие и знатнейшие представители гугенотского дворянства были приглашены на свадьбу. Озлобленные ревнители католицизма с яростью наблюдали, как король Карл оказывает почести ненавистному адмиралу Колиньи, идейному вдохновителю еретиков. Его христианнейшее величество дошёл до того, что публично назвал гугенота "отцом"! Казалось, католическому влиянию при дворе пришёл конец. Молодой герцог Гиз, красавец, талантливый полководец и любимец Парижа, будучи одним из вдохновителей и организаторов католической партии, не мог допустить усиления гугенотов. Назревал заговор всего католического Парижа против потерявших от милостей короля бдительность южан. Верные папскому престолу фанатичные католики, таинственно переглядываясь, шёпотом обещали друг другу устроить "весёлый праздник" зарвавшимся гугенотам. Правда, каким будет это веселье, помалкивали до поры до времени. Первое предупреждение получил адмирал Колиньи, которого 22 августа попытались убить. Насторожившиеся гугеноты принесли жалобу королю и засобирались домой из негостеприимной столицы. Боясь упустить шанс обезглавить протестантское движение, лидеры католической партии решили действовать незамедлительно.

Королева-мать, поставленная перед необходимостью либо одобрить планы католиков, либо потерять всякое влияние в католическом стане Франции и в Париже, присоединилась к заговорщикам. Гиз мог торжествовать - королевский двор был теперь на его стороне. Вся хитроумная политика королевы, стремящейся избавиться от идейной опеки Лотарингского дома брачным союзом с гугенотами, пошла прахом.

В ночь с 23 на 24 августа в аббатстве Сен-Жермен ударил колокол, подавая знак всем честным католикам исполнить свой долг. Ему ответили перезвоном другие церкви Парижа. Началась ночь Св. Варфоломея. На ничего не подозревавших гугенотов обрушились толпы вооружённых горожан и дворян во главе с герцогом Гизом. Любой, у кого не было белого креста на шляпе, становился жертвой разъярённой фанатичной толпы. Дома гугенотов, заранее отмеченные крестом, подвергались насилию и. разграблению. Окровавленное оружие не знало пощады. Женщины, дети, безоружные мужчины были буквально растерзаны "добрыми католиками". Кое-где, правда, протестанты пытались оказать сопротивление, но в отличие от организованных убийц их жертвы были слишком растеряны и разобщены. Детям разбивали головы о стены на глазах обезумевших матерей, дочерей насиловали перед беспомощными отцами, стариков выбрасывали из окон, где их топтали, били, рвали на части во имя веры Христовой. Труп Колиньи с хохотом волокли по улицам. Сам король, обезумевший от происходящего, открыл из окон дворца "сезон охоты на еретиков", беспрерывно стреляя по бегущим из аркебузы. Спасения не было нигде: ни в домах, ни в Лувре, и уж тем более ни на улицах. Щадили только тех, кто отрекался от своей веры и на глазах убийц переходил в католичество.

Жертвами расправы становились не только религиозные противники. Кое-кто сводил старые счёты с врагами-католиками, кто-то убийством освобождал себя от уплаты долгов. Генрих Гиз, как разъярённый тигр, метался по залитому кровью городу с окровавленной шпагой, помогая вершить расправу.

Генрих Наваррский, призванный к королю, опьянённому убийствами, поспешно предпочёл перейти в католичество. Это спасло ему жизнь, но таких счастливчиков оказалось мало. Фанатики не были склонны к милосердию, а гугеноты были слишком упрямы и тверды в своей вере.

Избиение еретиков продолжалось неделю. Благодаря прекрасной организации католической партии волна насилия прокатилась по всей Франции. Одновременно с Парижем истреблением гугенотов занимались в Руане, Труа, Орлеане, Бордо, Тулузе.

Но надежды на ослабление протестантского движения не оправдались. Война между католиками и гугенотами вспыхнула с новой силой. Правда, герцог Гиз стал кумиром католической Франции. Но это мало способствовало торжеству католицизма. В самом невыигрышном положении оказалась династия Валуа, которая стала терять свой авторитет после Варфоломеевской ночи и осталась один на один с Лотарингским домом без союзников, что в конце концов и привело её к гибели.






Сам себе доктор
© my-edu, 2008-2013.